Что такое судебный поединок

Судебный поединок

Судебный поединок — один из способов разрешения споров в средневековой Европе, при котором исход спора решало единоборство сторон: победитель провозглашался выигравшим спор. Обычно использовался в случаях, когда установить истину путём допроса свидетелей было невозможно, но ни одна из сторон не признавала своей неправоты. По сути судебный поединок представляет собой санкционированную правом дуэль.

Содержание

Происхождение

Судебный поединок, в отличие от ордалий и других форм «Божьего суда», известных повсеместно, как способ разрешения споров предусматривался прежде всего Варварскими правдами и применялся в основном германскими народами (ср. хольмганг). Однако особая форма судебного поединка существовала также в Древней Руси, она получила название «поле». Судебный поединок не предусмотрен такими древнейшими правовыми источниками как Тора и Законы Хаммурапи, не известен римскому праву.

Судебный поединок на Руси («поле»)

Судебные поединки на Руси известны с давнего времени. По словам арабских писателей X века Амина Рази и Мукаддези, описывавших традиции русов, «когда царь решит спор между двумя тяжущимися, и они решением его останутся недовольны, тогда он говорит им: разбирайтесь мечами своими — чей острее, того и победа». У славян поединок получил название «поле». Поле являлось по сути аналогом существовавшей в Европе ордалии, но несколько отличалось по форме.

В договоре смоленского князя Мстислава с Ригою и Готским берегом (1229 год) сказано: «русину не звати латина на поле биться у руской земли, а латинину не звати русина на поле биться у Ризе и на Готском березе. Аще латинески гость битеся межю собою у руской земли любо мечем, а любо деревем — князю то не надобе, мѣжю собою соудити; тако аще рускии гость биеться у Ризе или на Гочкоме березе — латине то не надобе, а те промѣжю собою урядятеся». Смысл этой статьи заключается в том, что русский не может вызывать немца на поединок в русскую землю, а немец русского в Ригу и на Готский берег. Князь не должен вмешиваться в поединки иноземцев на русской земле (не брать с них судебных пошлин), а немцы — в поединки русских людей.

Псковская Судная грамота постановляет, что выходить на поле могли не только мужчины, но и женщины. По общему правилу бой должен был быть равный, и поэтому малолетние, престарелые, больные, священнослужители, инвалиды и женщины могли нанимать и ставить вместо себя наёмных бойцов. Если иск подавала женщина против женщины, то наймиты запрещались.

Допускался также поединок между ответчиком и свидетелем, когда последний показывал против первого. Показания нескольких свидетелей сами по себе являлись доказательством и их наличие делало поединок ненужным.

Бой происходил под наблюдением приставов. Вероятно, при битве присутствовал посадник (об этом упоминается в Новогородской Судной грамоте).

Те же положения развиты и в Судебнике Ивана IV. На «поле», кроме представителей власти, присутствовали еще стряпчие и поручители со стороны тяжущихся. «Поле» допускалось и между свидетелями, показания которых противоречили друг другу. Бойцы одевались в латы, имели в руках щиты и дрались дубинками.

Обычай решать спорные дела «полем» продолжал существовать в течение всего XVI века и исчез в XVII веке. Соборное уложение 1649 года ничего не упоминает о «поле», заменяя его присягой.

Православная церковь и судебные поединки

Церковь протестовала против проведения судебных поединков. До нас дошёл протест митрополита Фотия (1410 год):

еще же и сему наказаю: аще который человекъ позовется на поле да приидетъ к которому попу причаститись, ино ему святого причастья нет, ни целования крестнаго; а который поп дастъ ему святое причастие, тот поповства лишен. А кто утепет (убьёт), лезши на поле, (и) погубить душу — по великаго Василия слову душегубец именуется, в церковь не входит, ни дары не приемлет, ни богородицина хлеба причащениа-ж святаго не прииметъ осмнадцать лѣтъ; а убитого не хороните, а который поп того похоронит, тот поповства лишен

Главным образом духовенство восставало против колдовства и чар, к которым прибегали бойцы. Максим Грек жаловался, что судьи, вопреки очевидности свидетельских показаний, изобличающих виновного, присуждают «поле», а обидчики на то и рассчитывают: у них всегда есть «чародей и ворожея, иж возможетъ дѣйством сатанинским пособити своему полевщику».

В старинных лечебниках встречаются указания на те волшебные средства, обладая которыми можно смело выходить на поединок:

«С ветлы или березы надобно взять зеленый кустецъ… по нашему вихорево гнездо, и взять тот кустец, как потянет ветер-вихорь в зиме или летом, да середнее деревцо держать у себя — на суд ходить, или к великимъ людям, или на поли биться, и как бороться — держать тайно в сапоге в одном на правой ноге. А кто держитъ то деревцо у себя, тот человек не боится никого».

Судебный поединок в Чехии

Порядок судебного поединка в Чехии регламентировался «Рядом земского права» [1]. Согласно ему, суд об убийстве родственника кончался поединком. Противники перед битвою присягали, вооружение состояло из меча и щита. Состязание происходило в специальном месте, огражденном перилами.

Утомленный боец мог просить отдыха до трех раз. На время отдыха между соперниками клали бревно, через которое они не имели права переступать. Победитель отрубал своему врагу голову. Люди низкого звания должны были биться палками.

За малолетнего сироту выходил на поединок один из родственников. Если в суд за убийство мужа или родственника подавала вдова, и доходило до поединка, то ответчик должен был стать по пояс в яму и оттуда сражаться с ней. Той же льготой пользовались незамужние женщины, если они того желали, в противном случае им предоставлялось сиротское право.

Источник

Судебный поединок

dsc 0856 306691238d47a0264a8b8c8a23eb144b

Единоборства и поединки один на один были широко распространены во многих военных культурах, начиная от гомеровской Греции и до Японии Нового времени. Однако суд поединком, похоже, является уникальным для Европы обычаем. Поединок рассматривался как разновидность испытания (ордалии), когда правота или неправота сторон конфликта изобличалась «божьим судом». Такая форма испытания признавалась законом и широко практиковалась вплоть до конца эпохи Средневековья.

Корни обычая

В европейской культуре война издревле рассматривалась как разновидность судебного конфликта, в котором победу или поражение присуждает высший, божественный суд, сравнивая достоинства обеих сторон. Чтобы победить врага, воину было недостаточно превосходить его ростом, силой, вооружением и храбростью. Победитель должен был выступать со стороны правды и сам быть праведным. Это представление имело последствия сразу в двух направлениях. С одной стороны, война связывалась с восстановлением нарушенного права и велась достойными людьми по определённым канонам. С другой стороны, военные обычаи проникали в правовую систему, в том числе в форме судебного поединка.

Происхождение этого обычая уходит в глубину кельто-германских древностей. Римский историк Тит Ливий рассказывал о завершившемся поединком споре между двумя иберийскими вождями, Корбисом и его племянником Орсуей. После смерти предыдущего правителя, приходившегося, соответственно, одному братом, а другому отцом, оба претендовали на его наследство. Отказавшись от предложенного римским полководцем Публием Сципионом судебного посредничества, вожди объявили, что рассудить их может только бог войны Марс. Когда Сципион в 206 году до н.э. устроил в Испании праздник в честь одержанных им побед над карфагенянами, оба противника на глазах тысяч зрителей сошлись в поединке. Победу одержал старший и более опытный Корбис, который и стал следующим правителем.

Подобные поединки происходили в Галлии в эпоху Юлия Цезаря. Ещё один римский историк, Веллей Патеркул, рассказывал о судебных поединках у германцев.

gg warspot 928x120px 7f54a28b9c33d876088a5dc206190017

Хольмганги и эйнвиги в Скандинавии эпохи викингов

В обществе викингов судебный поединок был законным способом разрешения конфликтов, нередко вспыхивавших из-за женщин или собственности. Датский летописец Саксон Грамматик приводил слова легендарного короля Дании Фроти III, который заявил, что при рассмотрении любого спора мечи заслуживают больше доверия, чем слова. С другой стороны, мотивы многих описанных в сагах поединков далеки от благородства. Для бывалых воинов поединок с менее опытным противником зачастую служил просто развлечением или формой узаконенного разбоя. Чтобы вступить в выгодный брак или заполучить приглянувшуюся ему вещь, задире достаточно было заявить свои притязания. Отказ от поединка навлекал на уклонившегося несмываемое клеймо позора.

Таким профессиональным бойцом, использовавшим своё искусство для получения наживы, был, например, Льот, упомянутый в «Саге об Эгиле»:

«Он был шведом по происхождению и не имел родичей здесь в стране. Он приехал сюда и разбогател, убив многих честных бондов на поединках из-за их земель и добра. Таким образом он собрал много земель и всякого добра».

Судебный поединок в германском праве

В правовом поле обычай судебного поединка впервые зафиксирован в «варварских правдах» франков, бургундов, алеманнов, лангобардов и других германских народов в VI–VIII веках. Его распространению способствовал общий культурный упадок, который привёл к деградации правовых институтов и форм судебного дознания в эпоху Тёмных веков. В судебных делах, в которых отсутствовали прямые свидетельства преступного умысла, для определения правоты сторон судьи прибегали к принесению присяги, испытанию огнём, водой и другим формам ордалии. Судебный поединок также относился к сфере божественного суда, поскольку считалось, что победа в нём определяется правотой или неправотой участников боя.

Один из первых законов, регламентировавших проведение судебного поединка, издал в 501 году бургундский король Гундобальд. Отмечая участившиеся среди его подданных злоупотребления судебной присягой и происходившую от этого порчу нравов, король предоставлял тяжущимся сторонам право разрешать спор поединком:

«Чтобы подорвать эту преступную привычку, мы в соответствии с настоящим законом постановляем, что всякий раз, когда возникает судебный спор у наших людей, и тот, кто обвиняется, отрицает, что у него нужно искать данную вещь или что он несёт ответственность за совершённое преступление, тогда (…) не следует отказывать им в праве на поединок».

«Алеманнская правда», датируемая 712–730 годами, предписывает испытание поединком при обвинении в умышленном убийстве, грабеже и лжесвидетельстве. Поединок допускается также в качестве способа разрешения земельных споров. В этом случае судья должен взять горсть земли с оспариваемого участка и бросить её между противниками. Перед началом поединка обе стороны должны прикоснуться к ней своими мечами и поклясться в законности своих притязаний. Проигравшая сторона, помимо утраты права на землю, должна заплатить штраф за лжесвидетельство.

В королевстве франков закон Гундобальда о судебном поединке признал в 630 году король Дагоберт. При Каролингах поединок получил полное господство в сфере судебных доказательств и применялся при разрешении спорных случаев по гражданским и уголовным делам. Людовик Благочестивый в 803 году издал специальный капитулярий, регламентировавший проведение судебного поединка, а также меру ответственности каждой из сторон:

«Если (…) (в суде) показания обеих сторон противоречат друг другу и ни одна из сторон не хочет уступать другой, то двое из их числа, по одному от каждой стороны, должны быть избраны, чтобы со щитом и палицей в руках сражаться один против другого на поле боя. И побеждённый боец должен потерять свою правую руку из-за лжесвидетельства, которое он совершил. Другие свидетели с той же стороны, могут сохранить свою руку (через выплату штрафа)».

Интересно, что капитулярий предписывал, что сражаться друг против друга должны свидетели от каждой из сторон конфликта, а не обвинитель и обвиняемый.

Расцвет эпохи поединков

Во Франции и в Германии потребовать суда поединком мог любой человек. Однако если знатный обвиняемый имел право не принимать вызов, который бросил ему обвинитель более низкого статуса, то вызов более знатного менее знатный не мог отвести без уважительных причин. Существовал также ряд других ограничений. Нельзя было принудить сражаться священнослужителей, мужчин младше 14 или старше 60 лет, евреев, калек и женщин. Освобождающими от поединка обстоятельствами считались потеря глаза, уха, сломанная рука, отсутствующие зубы или пальцы на руках. В таком случае обе стороны должны были доказывать свою правоту в обычном суде.

Впрочем, обвинитель, имевший право на освобождение от поединка, всё же мог при желании добиться возможности сделать вызов. В Англии был известен случай, когда 70-летнему старику удалось получить соответствующее разрешение суда, после чего обвиняемый признал свою вину.

Обвиняемые, которые не имели права на освобождение, но при этом не могли или не хотели сражаться сами, должны были найти себе защитника. Для этого они могли обратиться к любому родственнику, соседу или другу. Сплошь и рядом богатые и могущественные лица принуждали вассалов или других зависевших от них людей выступать в качестве своих защитников. Суд запрещал брать деньги за выполнение такого рода услуг, поскольку эта обязанность считалась добровольной. Запрет породил целый подпольный рынок профессиональных бойцов-«чемпионов» (от английского champ — площадка для поединка). К примеру, некий Уильям Коупленд упоминается в английских документах начала XIII века в связи с не менее чем восемью боями, проводившимися на протяжении 17 лет в таких отдалённых местах, как Йоркшир или Сомерсет. Существовали ещё более внушительные послужные списки. В силу специфики профессии эти бойцы имели плохую репутацию и низкий общественный статус. Само собой, когда такого рода практика становилась явной в суде, она не получала одобрения.

Большинство судебных поединков представляли собой единоборства, однако бывали исключения из этого правила. В Германии известны случаи, когда семеро бойцов сражались против семерых противников, однако не одновременно, а в серии поединков, следовавших один за другим. К сожалению, соответствующий фрагмент из «Саксонского зерцала» не вполне понятен, поэтому остаётся неизвестным, как именно и почему это было сделано. Самый, возможно, крупный известный групповой бой произошёл в 1396 году около Перта в Шотландии. Противниками выступали кланы Чаттан и Кей, собравшие по 30 человек с каждой стороны. Бойцы были вооружены боевым топором, мечом, кинжалом и, что самое необычное, луком с тремя стрелами. Защитная броня не допускалась, все сражались обнажёнными до пояса. Бой продолжался до самого вечера. Погибли 50 участвовавших в нём бойцов. Восемь выживших членов клана Чаттан обеспечили ему победу.

Организация и проведение поединка

Простолюдины бились пешими, вооружившись большим щитом и деревянной палицей. В этом случае никаких условных ограничений не соблюдалось: обычной тактикой считалось бросать друг другу в глаза песок, ставить подножки и т.д.

Знать же, как правило, сражалась верхом на коне, в доспехах, со щитом, копьём, мечом и другими атрибутами рыцарского снаряжения. Такой поединок был схож с турниром, хотя и имел гораздо меньше условностей. Запрещалось ранить коня противника, а в остальном участники были свободны. Если при столкновении на копьях боец падал с коня, другой имел право его добить. В отличие от турниров и других видов боёв, судебный поединок не предполагал передышки и вёлся до победы одной из сторон. Судья мог прервать поединок по требованию упавшего или раненого противника, однако после третьего такого требования соответствующий боец мог быть объявлен проигравшим.

Поединок происходил в присутствии судей в заранее назначенный день. Вызвавший был обязан явиться за час до полудня, а принявший вызов — до девятого часа. Опоздание приравнивалось к поражению. Перед началом боя оба противника приносили присягу: обвинитель — в справедливости своего обвинения, обвиняемый — в своей невиновности. Сам поединок происходил на специально оборудованной площадке, имевшей 40 шагов в ширину и 80 шагов в длину. По центру ставили столб, вокруг которого рисовали на песке или выкладывали соломой круг. Чтобы одержать победу, отнюдь не обязательно было убивать противника на месте — достаточно было вытеснить его за пределы круга.

«Гонсало Ариес с разрубленной головой упал с коня. Диего Ариес, его противник, подъехал к столбу, положил на него руку и сказал: «Этот противник побеждён, слава Господу, давайте сюда следующего». На что присяжные ответили: «Поединок не закончен, противник в круге». Диего пришлось слезть с лошади и, взяв за ногу Гонсало, тащить его за круг. Подойдя к черте, Диего ногой выпихнул кровавую тушу соперника за круг, вернулся к столбу, положил на него руку и сказал: «Этот побежден, давайте следующего. Ибо лучше драться с живыми, чем таскать мертвецов».

Обвиняемый, проиграв поединок, признавался виновным в инкриминируемом ему преступлении. Если он оставался жив, его приговаривали к смерти. Если он погибал на месте, то мёртвое тело выволакивали из круга за ноги, а затем вешали в назидание живым. Имущество в этом случае отходило казне. Бывали случаи, когда казнили бойца, проигравшего чужое дело, а вместе с ним и обвиняемого, и державшего его сторону свидетеля.

Если проигравшим оказывался обвинитель, его противника торжественно оправдывали, а его самого — в случае если он оставался жив, — штрафовали и отправляли в изгнание. Мера наказания напрямую зависела от тяжести преступления. Смертные приговоры были чаще характерны для обвинений в тяжких уголовных преступлениях.

Упадок и исчезновение поединков

Обычай судебного поединка вызывал сильное неудовольствие со стороны церковной власти. Эдикт короля Гундобальда столкнулся с серьёзной оппозицией со стороны Вьенского архиепископа Авита. Архиепископ Лионский Агобард в 831 году пытался побудить императора Людовика Благочестивого запретить судебный поединок. Собор в Валенсии в 855 году угрожал обоим участникам поединка отлучением от церкви. Людовик VII ограничил судебный поединок в гражданских делах определённой суммой иска. В 1260 году Людовик IX запретил их проведение в своих владениях. Филипп IV Красивый запретил поединки в 1303 году, но три года спустя снял запрет в отношении тяжких обвинений, когда вина подсудимого не могла быть доказана свидетелями или другими средствами. Во Франции судебный поединок в качестве доказательства по уголовным делам исчез с конца XIV века. Примерно тогда же он стал ограничиваться, а затем был запрещён на территории Германии, Венгрии, Италии и Испании.

Причина исчезновения судебных поединков кроется как в усилении королевской власти, которая осуществляла политику унификации права, так и в результате постепенного развития правовой науки и совершенствования техники судебного дознания. Старинная традиция постепенно видоизменялась в сторону бескровных спортивных баталий, неотличимых от массового зрелища. С другой стороны, в среде знати ещё долго сохранялась практика дуэлей. В отличие от судебных поединков, дуэли публичная власть не регламентировала. Поручителем здесь выступала личная честь участников поединка. Дуэли происходили тайно, их участникам приходилось скрываться. Королевская власть с неодобрением смотрела на эти остатки прежней свободы и со временем смогла поставить их под свой контроль.

Источник

Судебный поединок в древней руси как вид внесудебного разбирательства

Смирнов Александр Михайлович, старший научный сотрудник Научно-исследовательского института Федеральной службы исполнения наказаний России, кандидат юридических наук, доцент.

Излагается социально-правовая природа и механизм реализации судебных поединков во времена Древней Руси, в эпоху зарождения ее судебной системы, рассматривается эволюция государственного реагирования на совершение данных поединков, содержащих в себе элементы самосуда.

Ключевые слова: судебный поединок, самосуд.

Judicial duel in Ancient Russia as a type of extra judicial dispute

Describes the social and legal nature and mechanism of implementation of court fights in Ancient Russia, in the era of the birth of its judicial system, the evolution of the state to respond to the commission of these fights, which contain elements of lynching.

Key words: court fights, lynching.

Защита прав, свобод и законных интересов личности от различных посягательств не всегда была в России прерогативой государства.

Древнее судопроизводство, находясь на начальном этапе своего развития, в сравнении с современным было несовершенно (хотя, конечно, и эффективность современного суда вызывает сомнения). Полученных доказательств порой не хватало или было недостаточно, чтобы с уверенностью говорить, какая из сторон (обвинения или защиты) более права. Процедура обнаружения и сбора необходимых доказательств была неразвита.

Победитель указанного поединка считался выигравшим судебное разбирательство, и все обвинения с него снимались, поскольку согласно поверьям древних славян, правду всегда поддерживают высшие силы и помогают ей одержать вверх над реальным причинителем вреда, стремящимся утаить от суда свою вину.

Можно с уверенностью говорить, что судебные поединки были проявлениями самосудных расправ над обидчиком, допускаемых в то время государством.

Таким образом, судебные поединки имели большое значение для более честного и справедливого суда, поскольку допустимость их назначения оказывала сильное психологическое воздействие на каждую из состязающихся сторон, заставляя их подумать, прежде чем говорить неправду или оклеветать невиновного.

Древние славяне были уверены, что именно невиновный склонен возмутиться на суде настолько, чтобы забыть о риске для жизни и души (известно, что убийство, кроме как на войне, считалось смертным грехом, не отпускаемым Церковью).

Судебный поединок мог назначаться как царем (князем), так и по требованию спорящих сторон.

Во втором случае спорщики выступали перед князем с ходатайством о назначении поединка в связи с невыносимой для них судебной волокитой и нежеланием (или неготовностью) платить взятки участникам судебного процесса. Поединок, таким образом, был своеобразным средством ухода простого народа от коррумпированности князей и церковников, окончательное решение которых зависело от того, какая сторона сколько и чем заплатит.

В подобных условиях, по мнению славян, рассматриваемый поединок был более скорым, дешевым способом разрешения спора и помогал избежать неправосудия, поскольку являлся абсолютно справедливым, т.к. его исход решался не усмотрением князя или представителя церкви, а беспристрастными высшими силами, Богом.

Поэтому не случайно право требовать от суда назначения судебного поединка в Древней Руси приобрело у обычных граждан большую популярность.

Домострой: полный текст; Сильвестров. ред. URL: http://www.bibliotekar.ru/index.files/2-3.htm.

Судебный поединок настолько укоренился в славянском обществе, что уничтожить его в то время было невозможно. Князьям и священникам ничего не оставалось, как признать его своеобразной альтернативой судебной системы.

Псковская судная грамота / Пер. Л.В. Черепнина и А.И. Яковлева // Исторические записки. М., 1940. Т. 6.

Традиционно в судебном поединке сражались мужчины. Однако Псковская Судная грамота постановляла, что на «поле» могли выходить не только мужчины, но и женщины.

«Небойцам» давалось право нанимать и ставить вместо себя бойцов, т.н. «наймитов».

Так, например, согласно ст. 21 Псковской судной грамоты, если ответчиком, которому придется состязаться на поединке с послухом, окажется человек престарелый, или малолетний, или с каким-нибудь увечьем, или поп, или монах, то он имеет право выставить за себя наемного бойца, послух же не может заменять себя наемным бойцом.

Однако «небойцы» могли и отказаться от «наймитов». В этом случае принимались меры, чтобы уравнять силы противников. Например, если вдова вызывала кого на суд за убийство мужа или родственника и доходило до поединка, то ответчик должен был стать по пояс в яме и оттуда сражаться с нею. Тою же льготою пользовалась и девица, если сама желала расправиться с обидчиком. В ином случае ей предоставлялось сиротское право.

Сиротское право в судебном поединке возникало, когда обвинителем выступал малолетний сирота. За него на поединок выходил один из представителей рода; заступая на место сироты, он от него получал щит и меч.

Однако если иск вела женщина против женщины, то наймиты запрещались. Допускался также поединок между ответчиком и свидетелем, когда последний показывал против первого, но показания многих свидетелей составляли полное доказательство и делали поединок ненужным.

Те же положения развиты и в Судебнике Ивана Грозного (1550 г.) : у «поля», кроме окольничего, дьяка и иных чинов от правительства, присутствовали еще стряпчие и поручники со стороны тяжущихся; те, которые ставили за себя наймитов, должны были присягать и целовать крест сами; «поле» допускалось и между свидетелями, которые разноречили между собою; бойцы одевались в панцири, латы, имели в руках щиты и дрались дубинками.

Не в силах отменить «поле», власти по настоятельным требованиям Русской Православной Церкви предпринимали попытки снизить опасность поединка. Например, в г. Пскове бой проходил в полном вооружении в присутствии судебных приставов, которые могли его остановить в случае явной победы одной из сторон, не доводя дело до смертоубийства (человеколюбивое узаконение, спасающее сразу две души).

Там же.
Богданов А. Судебный поединок в Древней Руси. URL: http://www.politvektor.ru/glavnaya-tema/5367/.

Отношение Русской Православной Церкви к рассматриваемым поединкам с точки зрения исследователей данного вопроса выглядит неоднозначным. Одни авторы свидетельствуют об отрицательной позиции священнослужителей по отношению к данному жестокому средству восстановления справедливости, другие, наоборот, говорят о том, что Церковь в основном оправдывала и допускала судебные поединки, поскольку они в определенной степени пропагандировали православие на Руси.

То обстоятельство, что Стоглав 1551 г. допускал биться на «поле» монахам и священникам, говорит о том, что судебный поединок дозволялся Церковью. Однако согласно данному документу представители духовенства были ограничены в своих правах на «поле». Так, например, он запрещал присуждать «поле» для иноческого и священнического чина во всех делах, кроме душегубства и с поличным.

Стоглав. Казань: Тип. Губерн. правления, 1862.

Негативную реакцию у духовенства на Руси судебные поединки вызывали только тем, что их участники зачастую прибегали к языческой магии, колдовству и чарам. М. Грек жаловался, что судьи, вопреки очевидности свидетельских показаний, изобличающих виновного, присуждают «поле», а обидчики на то и рассчитывают, т.к. у них всегда есть «чародей и ворожея, иж возможетъ действом сатанинским пособити своему полевщику». В частности, в старинных русских лечебниках встречаются указания на те волшебные средства, обладая которыми можно смело выходить на поединок.

К судебным поединкам на древнерусской земле прибегали не только славяне. Он был характерен в то время и для судебных процессов, например, немцев. Поэтому, чтобы не обострить политические отношения с данным народом, древнерусское право содержало соглашения о взаимном невмешательстве русских и немцев в проводимые каждой из сторон указанные поединки.

Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: опыт сравн. изучения славян. преданий и верований в связи с миф. сказаниями др. родств. народов. М., 1995.

Начиная с Ярослава Мудрого, великие русские князья предпринимали попытки ликвидировать увлечение славян самосудными расправами, в т.ч. и судебными поединками.

Богданов А. Указ. соч.

Обычай решать спорные дела судебным поединком продолжал существовать на Руси в течение всего XVI в. и исчез в XVII в., когда окончательно потерял свою социально-уравнительную функцию. Процессы расслоения российского общества, выделения дворянства и светской знати обусловили отдельные процедуры судопроизводства для различных слоев населения. Судебный же поединок не предполагал сословного деления.

Так, например, начиная с Соборного уложения 1649 г. упоминание о «поле» перестало существовать. Его место заняла присяга.

Источник

Мир познаний
Добавить комментарий

Adblock
detector