Что такое судебный прецедент

Содержание
  1. Прецедент
  2. Подводные камни прецедентного права
  3. Судебный прецедент
  4. Что такое судебный прецедент
  5. Виды судебных прецедентов
  6. Виды в Российской Федерации
  7. Общая характеристика судебного прецедента
  8. История прецедента
  9. Судебный прецедент и судебная практика
  10. Работает ли судебный прецедент как источник права в России
  11. Прецедентное, непрецедентное и беспрецедентное право
  12. Введение
  13. Прецедентное право
  14. Непрецедентное право
  15. Беспрецедентное право
  16. Историческая справка
  17. Нормы права в законодательстве, судебная практика, доктрины и фактические правила в реальном российском судебном производстве
  18. Ситуация с постановлениями Пленумов ВАС РФ и ВС РФ
  19. Место Российского права в отношении Непрецедентной и Прецедентной правовых систем
  20. Оправданность в использовании судебных прецедентов
  21. О Прецедентном праве и Российском праве
  22. О Непрецедентном праве и Российском праве
  23. Спорные направления развития Российского права
  24. Заключение. Простой совет

Прецедент

От автора. Легальное толкование очень редко использует термин «П.». Активно используется близкое (но не аналогичное) понятие «сложившаяся правоприменительная практика». Впрочем, «П.» и «сложившаяся правоприменительная практика» часто смешиваются; см., напр., в Особое мнение судьи Ю.М.Данилова к Постановлению КС РФ № 39-П/2018 от 09.11.2018 (Суд, основывая свое решение также на сложившейся правоприменительной практике, по существу признал (в отсутствие нормы) допустимость существования в российской правовой системе судебного прецедента как источника права, что по меньшей мере дискуссионно, учитывая конституционные положения о разделении властей и компетенции судебных органов).

Исторически в России первое упоминание КС РФ самого слова «П.» мы обнаружили в Постановлении КС РФ от 2 апреля 1993 года: Конституция не раскрывает понятия «общие принципы», но и не наделяет законодателя прерогативой устанавливать какие-либо рамки и путем создания прецедентов формировать его смысловое значение. В этом тексте, по-видимому, слово «П.» употреблено не в научном или техническом, а в бытовом значении. Наиболее важное научное значение для понимания термина «П.» содержится во Мнении судьи Конституционного Суда Российской Федерации К.В.Арановского к Постановлению КС РФ № 12-П/2016 от 19.04.2016: В прецедентном праве (case-law), которое упоминают Конвенция о защите прав человека и основных свобод (подпункт «b» пункта 1 статьи 28) и сам Суд (пункт 108 постановления по делу «Анчугов и Гладков против России»), принято различать два вида правовых суждений с разной степенью обязательности. «Попутно сказанное» пользуется уважением, но не сообщает о праве, обязательном для применения в деле и в предстоящих таких же делах. Стороны и сам Суд вряд ли согласны закрепощать себя на будущее каждым записанным словом и видеть в каждом из них неизменное право или бесспорный, твердый стандарт. Принципы и стилистика прецедента, на которые пробует опираться Суд, вовсе не то поощряют. Не поощряют они судью и в том, чтобы он открыто объявлял «от себя» правотворческие решения, например, с видом «общих мер». В стиле case-law (по принципу stare decisis) судья «следует решенному» и, не притязая на сотворение нового права, берет применимое правило (ratio decidendi) в уже состоявшихся решениях по делам, где фактические обстоятельства существенно совпадают с разбираемым случаем и тем самым позволяют опереться на такое правило, в отличие от попутно сказанных, отвлеченных и потому необязательных суждений.

Впрочем, классический анализ явления, похожего на прецедент, имеет лишь историческое значение и изложен в Постановлении КС РФ от № 1-П/2010 от 21.01.2010: Толкование норм права может осуществляться Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации как в связи с рассмотрением конкретного дела (ad hoc), так и – в целях обеспечения единообразного их понимания и применения арбитражными судами – в отношении всех дел со схожими фактическими обстоятельствами на основе обобщенной практики их 20 разрешения. Соответственно, придание толкованию норм права на основе обобщения судебной практики характера правовой позиции, имеющей обратную силу, – в рамках процедуры, введенной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2008 года № 14, – допустимо только при наличии специального указания на это, которое должно быть выражено Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации формально определенным образом, ясно и недвусмысленно.

Если обратиться к практике судов общей юрисдикции, то какого-либо толкования или доктринального исследования «П.» мы не найдем. В основном, все решения сводятся к фразам о том, что в Российской Федерации прецедентное право отсутствует и решения судов не имеют силы нормативно-правовых актов (см., напр., Постановление № 4А-500/2019 от 30 мая 2019 г. по делу № 4А-500/2019; иные многочисленные судебные постановления не приводятся по причине отсутствия научного интереса); юридический прецедент не является официальным источником права в Российской Федерации, а представляет собой толкование нормы права и пример ее применения с учетом конкретных обстоятельств дела (решение Первомайского районного суда г. Омска по делу № 2-140/2019 2-140/2019(2-3557/2018) (возникает вопрос, а существуют ли неофициальные источники права?). Пожалуй, наши эмоции вызвало решение Новосибирского областного суда по делу № 7-150/2019 от 25 апреля 2019, в котором указано, что в действующем законодательстве прецедент не применяется. Более безграмотного вывода трудно найти. Но на фоне вывода постановления мирового судьи судебного участка № 25 Центрального района г. Хабаровска по делу № 5-384/2017 от 28.06.2017, в котором смешиваются понятие «преюдиция» и «П.», предыдущие судебные постановления мы полагаем весьма удовлетворительными с доктринальной точки зрения.

В арбитражных судах само слово «П.» употребляется, например, в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121, в котором указано: при разумного размера расходов на оплату услуг представителя следует учитывать, в частности, наличие или отсутствие аналогичного прецедента.

При изучении юридической литературы мы обратили внимание на существование в советской науке теории т.н. «П. толкования правовой нормы» (на наш взгляд, достататочно схоластической). Так, А.Б. Венгеров в статье «О прецеденте толкования правовой нормы» указывал: В советской юридической литературе отмечается, что для обеспечения единства и законности судебной практики большое значение имеют постановления и определения высших судебных органов по принципиальным конкретным делам. Такие постановления и определения в ряде случаев являются своеобразными прецедентами толкования правовой нормы и в этом своем качестве оказывают серьезное влияние на правоприменительную деятельность. Отличие такого прецедента от судебного, по нашему мнению, заключается в том, что судебный прецедент ведет к созданию судами новой нормы права, что, как известно, исключено в советской правовой системе, тогда как прецедент толкования связан с разъяснением уже существующей нормы права, с выработкой определенного, «устоявшегося» положения о применении нормы права по аналогичным делам. Такое положение становится общеизвестным, учитывается судами при разрешении уголовных и гражданских дел, способствует улучшению судебной деятельности. Разумеется, не каждое решение по конкретному делу имеет характер прецедента толкования. Для того, чтобы решение получило такой характер, необходим целый ряд соответствующих условий. Во-первых, такими условиями, являются, прежде всего, толкование в рамках закона, соответствие такого толкования смыслу закона, его требованиям, учет при толковании основных принципов социалистического права, коммунистической морали, социалистического правосознания, соответствие толкования политическим задачам, интересам коммунистического строительства. Соблюдение этих условий, на наш взгляд, в значительной мере обеспечивает законность судебной практики. Во-вторых, хотя возникновение прецедента толкования связано с применением нормы права по принципиальным конкретным делам, тем не менее, прецедентный характер такое толкование получает только в случае неоднократного применения по аналогичным делам, когда судебная практика воспринимает это толкование и оно приобретает проверенный, устоявшийся характер. В-третьих, прецедент толкования представляет из себя определенное положение по применению нормы права, т. е. содержит в себе известный принцип, соображение, имеет общий характер, опосредствует повторяющиеся, существенные особенности общественных отношений. Только такое положение может способствовать правильному применению правовой нормы. Для такого применения чрезвычайно важно, чтобы прецедент толкования получил внешнее выражение — был опубликован. Наконец, поскольку определенная степень применимости прецедента толкования связана с его убедительностью, таксе толкование должно быть аргументировано, основано на знании права, судебной практики, достижений советской юридической науки.

Источник

Подводные камни прецедентного права

Инициатива главы Высшего арбитражного суда (ВАС) РФ Антона Иванова, предложившего 19 марта перейти к прецедентному праву, вызвала целую дискуссию в юридическом сообществе. Сегодня в рамках «круглого стола» в агентстве РИА «Новости» ряд ведущих юристов страны сошлись во мнении, что идея прогрессивна и актуальна, однако давать прецедентам силу законов надо осмотрительно.

Владимир Новиков, обозреватель РАПСИ

Понятие «прецедент» широкой общественностью всегда толковалось достаточно вольно. Им называют и все хорошее, и все плохое, если речь идет о повторении однажды появившейся позиции суда.

В России же сегодня существует так называемая полупрецедентная система. Ведь решения высших судов и сейчас являются ориентиром для судебной практики. Более того, если какой-то суд при решении вопроса, на который уже дал ответ высший суд, принимает другую позицию, такое решение, скорее всего, будет отменено.

Этапы революции

Не исключено, что в скором времени нечто подобное будет характеризовать и российскую судебную систему. Тем более что первые шаги уже сделаны.

Все это, безусловно, следует закрепить в Конституции, полагает управляющий партнер компании Goltsblat BLP Андрей Гольцблат: «Мы фундаментально меняем систему законодательства России. А оно на сегодняшний день не предполагает наличие иного источника права, нежели закон».

Пределы совершенства

Противоядие предлагает Тамара Морщакова. На ее взгляд, если суды получат право формировать общеобязательные правила игры, их использование должно осуществляться по аналогии с применением законов. Если такой прецедент улучшает положение граждан или организаций, он может иметь обратную силу. Если ухудшает, новое правило следует использовать исключительно в будущем.

Прочие неприятности

В ходе дискуссий о прецедентном праве порой незаслуженно забывается Верховный суд РФ. Позиция главного суда общей юрисдикции страны по многим вопросам, как правило, незыблема. Ее можно даже образно назвать железобетонной.

Впрочем, конкретно этот вопрос может в скором времени вообще выйти за рамки дискуссии о плюсах и минусах прецедентного права. Для этого ряду российских юридических сообществ достаточно пролоббировать поправки к процессуальным кодексам, по которым представительство в судах следует делегировать исключительно юристам с адвокатской лицензией. После этого некоторым любознательным гражданам совершенно точно не придется заниматься поиском и изучением прецедентов. В судах их слушать все равно не станут.

Источник

Судебный прецедент

sudebnyj pretsedent

sudebnyj pretsedent

Что такое судебный прецедент

Судебный прецедент — это как решение определенного суда по конкретному делу, имеющее силу источника права (Источники права), по сути, является одним из средств достижения единства судебной практики, поскольку идентичным фактическим обстоятельствам должна соответствовать идентичная правовая позиция.

Судебный прецедент является частью (видом) юридического прецедента.

Прецедент — случай или событие, которое имело место в прошлом и является примером или основанием для аналогичных действий в настоящем. Прецедентом являются решения, вынесенные по аналогичному делу, разрешенному в рамках аналогичного судопроизводства.

В настоящее время проблема оптимального применения судебного прецедента приобрела в России особую актуальность, поскольку современная правовая действительность свидетельствует о том, что судебная практика и судебный прецедент — это фактически существующие регуляторы современных общественных отношений.

Если судебный функционирует как источник права, то он:

В теории права принято говорить о видах прецедента, которые связаны с ветвью власти:

Не следует определять, что судебный прецедент – это судебное решение по конкретному делу, это неверно, так как судебный прецедент лишь часть судебного решения по конкретному делу.

Виды судебных прецедентов

В английском праве судебные прецеденты можно разделить по юридической силе на два вида:

По содержанию судебные прецеденты делят:

Виды в Российской Федерации

Судебный прецедент является основным источником права для стран англо-саксонской правовой семьи.

Общая характеристика судебного прецедента

В любом судебном решении можно выделить несколько составных частей:

С точки зрения доктрины судебного прецедента наиболее значительным элементом в решении является «ratio decidendi», остальная часть – попутно сказанное или «obiter dictum» обязательной для судей не является. Obiter dicta силы прецедента не имеет и относится к попутно сказанному, выступает не обязательным, а убеждающим судебным прецедентом. Одним из видов убеждающих прецедентов могут быть решения судов, находящиеся по иерархии ниже суда, которому предлагается следовать данным решениям. К убеждающим прецедентам прибегают, если правовая аргументация идет от суда более высокой иерархии, представляет продуманную формулировку правовой нормы.

Судебный прецедент по отношению к закону находится в «подчиненном» положении. Закон может отменить действие судебного решения, принятый уполномоченным органом законодательный акт должен применяться судами в обязательном порядке. Суд, создавая прецедент, должен функционировать строго в соответствии с законом.

Судебный прецедент с одной стороны является обязательным для участников судебного процесса, а с другой — порождает общую норму. К судебному прецеденту суд обращается, когда нет правовых оснований, достаточных, чтобы решить спор, то есть в законодательстве есть пробел, устранить который в ближайшее время не представляется возможным. Суд не имеет права отказать в реализации прав на судебную защиту. Если для судебного дела нет прецедента, то суд должен действовать на основе общих принципов, создавая таким образом прецедент.

История прецедента

Право, для того, чтобы успешно выполнять свои функции и стать реальностью должно обладать внешним выражением. Форы, благодаря которым воля становится правовой нормой выступают источниками права. Судебный прецедент в качестве источника права известен еще со времен Древнего Рима. Из истории развития судебного прецедента:

Судебный прецедент и судебная практика

Источник права является сложным явлением, которое не может существовать в единственном значении. Право невозможно оторвать от действительности и конкретных материальных условий.

Судебный прецедент в континентальной правовой семье тесно сближается с понятием судебной практики. Но данные понятия не являются тождественными. Судебная практика создается в результате решения судами всех уровней однородных дел, является продуктом совокупности большого количества разных решений суда. Судебный прецедент создается конкретным судом при его понимании права, он, как правило, выбивается из общей массы. Судебная практика традиционно формулируется в границах, определенных законом, в то же время судебный прецедент за данные границы может выходить.

Ряд признаков помогает сблизить понятия «судебный прецедент» и «судебная практика». Судебная практика, утвержденная судом, имеет общий характер, подлежит официальной публикации и рассчитана на многократное применение. Судебная практика в России, утвержденная Высшим судом, может иметь обратную силу для решений судов, вступивших в силу. Это является новым обстоятельством для возможности пересмотра судебных актов.

Применение судебного прецедента используется в странах общего права. В государствах континентальной системы судебный прецедент приобретает особую форму, утвержденную высшим судом судебной практики. Это не является прецедентом в классическом понимании судебного решения.

Деятельность высших судов по созданию судебной практики не является основой деятельности высших судов, она имеет большое значение благодаря особому положению данных судов в судебной практике. Суды, находящиеся по иерархии ниже, не могут игнорировать практику, утвержденную высшими судами.

Работает ли судебный прецедент как источник права в России

Судебный прецедент в России не является источником права, т. е. официально не признан тем базисом, на основании которого суд выносит решение по делу. Российскую правовую систему относят к романо-германской правовой семье.

Вместе с тем в юридическом сообществе существует дискуссия о наличии прецедента в России и отнесении его к формальному источнику права. При этом в силу того, что понятие о прецеденте и границы его действия применительно к российской правовой системе законодательно не закреплены, в доктрине существует разброс мнений как при определении понятия судебного прецедента, так и его выражения. Так, к примеру, в качестве судебного прецедента некоторые авторы называют:

Не вдаваясь в детальное рассмотрение каждого из мнений, следует обратить внимание на основной признак классического судебного прецедента: такой источник права — результат правотворческой деятельности и как форма выражения закона должен быть санкционирован в качестве источника права законодателем, чего нет на сегодняшний день в России. Кроме того, отсутствие длительного исторического развития прецедентного права в России, и как следствие, отсутствие соответствующей юридической процедуры его применения указывает на то, что судебный прецедент для российской правовой системы не свойственен.

Источник

Прецедентное, непрецедентное и беспрецедентное право

Введение

Публикация настоящей статьи вызвана многочисленными вопросами налогоплательщиков, поступающими в адрес Консалтинговой группы ЮКТ, с просьбой прояснить ту неразбериху (по их мнению), которая сложилась уже давно и продолжает существовать в настоящее время при рассмотрении судебных дел по налоговым правонарушениям, вследствие одновременного применения:

а также принципа выборочности любого из перечисленного в зависимости от обстоятельств, не всегда объективных.

В данной статье специалисты Консалтинговой группы ЮКТ делают попытку дать в популярной форме необходимые разъяснения заинтересованным лицам, одновременно предлагая их вниманию, в целях достаточного понимания темы в целом, также и краткие характеристики действующих в настоящее время в мире основных правовых систем.

По мнению некоторых ученых в мире существуют следующие основные системы права:

Прецедентное право

Часто называется англосаксонским правом, семьей общего права, судейским правом.

В эту правовую семью входят Великобритания, США, Австралия, Канада и ряд других бывших колоний Великобритании.

В целях настоящей статьи указанная правовая система будет именоваться далее «Прецедентное право».

Прецедентное право наиболее распространено и в настоящее время охватывает треть государств в мире.

Особенности Прецедентного права следующие.

Прецедент является основным источником права (то есть не совокупность правил, предусмотренным законом, а то, к чему приводит судебное рассмотрение), доля которого в настоящее время составляет более половины общего числа других правовых форм.

Ранее эта доля была значительно выше, но со временем законы находят в странах прецедентного права все более и более широкое применение.

Юридические доктрины при этом также применяются, но им отводится более скромная роль.

Прецеденты главенствуют над законами в данной правовой системе.

Мало того, практическая ценность Закона равна нулю, пока не накопится судебная практика его применения.

Но между самими прецедентами при этом нет какой-либо субординации, что может показаться необычным для российского права (см. ниже).

Приоритет процессуального (судебного) права над материальным (нормы права) обеспечивает выполнение непререкаемого правила и в случае, если в ходе рассмотрения дела не находится соответствующей правовой нормы, судебное решение все равно должно быть принято на основе анализа имеющихся доказательств.

Прецедентное право не предусматривает разделения права на публичное и частное, что также является одним из его важнейших принципов, но, одновременно, — уже окончательно непонятным для российского права и его нормотворцев в том случае, если это может касаться всех субъектов права.

Таким образом, из всего указанного выше следует, что государство данной правовой системы занимает свое место в правотворчестве не в первых рядах.

Плохо это или хорошо? Если отвечать однозначно, то ни то, ни другое.

Непрецедентное право

Строго говоря, именно такого названия не имеется у той системы права, которая рассматривается в настоящем разделе статьи.

А традиционно она называется Романо-германской (или Континентальной) системой права и, преимущественно, объединяет национальные системы, возникшие на основе «римского права» в таких странах Европы, как Франция, Германия, Испания, Швеция и др.

Также именуется Законодательным правом, что более точно определяет ее суть.

Но в целях настоящей статьи (только) далее будет условно именоваться «Непрецедентное право», и это также отражает ее преимущественные принципы.

Преобладающим источником права в данной системе является нормативный акт, доля которого составляет более двух третей в отношении общего числа используемых форм права.

Кроме нормативных актов используется также и юридический прецедент в тех случаях, когда положения закона оказываются недостаточно прописанными, неоднозначными или противоречивыми, но не более чем на 15%.

По сравнению с другими правовыми системами в данном случае широкое применение находит юридическая доктрина.

В связи с этим Непрецедентное право иногда именуется профессорским правом.

Национальные системы, относящиеся к Непрецедентному праву, как правило, хорошо систематизированы и в своей структуре предусматривают отрасли, подотрасли и институты.

При этом сложившиеся и положительно зарекомендовавшие себя отрасли права с течением времени подвергаются так называемой кодификации, то есть — соответствующей специальной переработке, в результате которой создается хорошо упорядоченный акт, чаще всего называемый кодексом.

Нормативные акты подчиняются определенной иерархии, а именно — принятые вышестоящим органом, являются приоритетными по отношению к принятым нижестоящими органами и могут отменять положения последних при возникновении противоречий.

Но наиболее принципиальной в данном случае является иерархия между источниками права, которая заключается в преимуществе законодательных актов перед всеми другими формами прав, в том числе (самое важное) — судебным прецедентом.

Таким образом, является естественным, что в правовом регулировании стран Непрецедентного права велика роль именно государства.

Столь же диаметрально расположены приоритеты в национальных системах Прецедентного/Непрецедентного права также и между материальным и процессуальным правом.

А именно — материальное право (нормы закона) превалирует над процессуальным (судебные решения).

Это означает, в частности, что даже если отсутствуют доказательства по конкретному делу, то все равно будет нельзя отказать в принятии его к рассмотрению.

Однако, если в процессе рассмотрения дела достаточных доказательств не окажется, — оно будет проиграно.

При этом, суд является активным субъектом в доказательном процессе также и в собирании доказательств.

В странах Непрецедентного права является иерархичной и сама судебная система (например — местные суды, апелляционные, касационные и высшие).

Контроль за деятельностью всех судов осуществляется министерством юстиции.

Беспрецедентное право

Историческая справка

В официальной терминологии именно такого названия также не имеется и у данной правовой системы.

В некоторых источниках она называется «Российская система права», подчеркивая тем самым ее отличность от других признанных правовых систем мира.

В других источниках называется «Беспрецедентное российское право», подчеркивая тем самым не только ее отличность, но и уникальность.

Далее, в целях настоящей статьи, российская система права будет именоваться «Российское право».

В соответствии с распространенным мнением специалистов, истоки дореволюционного Российского права лежат в романо — германской правовой системе (Непрецедентное право)

Позднее, в советское время в Российском праве происходили определенные специфические изменения, явившиеся следствием сначала авторитарного режима, а затем — так называемого «застоя».

В результате первоначальная природа Российского права, имевшая ранее в своей основе исторически сложившиеся традиции и правовые нормы, была сильно деформирована.

В постсоветское время Российское право превратилось в декоративный правовой фон для судебного произвола, явившегося следствием лжедемократических форм управления государством и взбесившейся коррупции на всех уровнях власти.

Нормы права в законодательстве, судебная практика, доктрины и фактические правила в реальном российском судебном производстве

Формально к источникам права в налоговой сфере Российского права относятся:

Поскольку Россия, как уже отмечалось, не является строго страной Прецедентного права, судебные акты ВАС РФ, ВС РФ, ФАС РФ формально не являются самостоятельными источниками права.

Тем не менее, фактически именно судебные источники права — указанные судебные акты — имеют решающее значение в регулировании налоговых отношений и разрешении налоговых споров.

Важно! Федеральный Конституционный закон от 05.02. 2014г. № «О Верховном Суде Российской Федерации и Прокуратуре Российской Федерации» с 06.08 2014г. упразднил ВАС РФ с передачей всех вопросов его компетеции в юрисдикцию ВС РФ, наделив его полномочиями единого высшего судебного органа.

Пунктом 1 статьи 2 ФКЗ от 05.02.2014 № «О Верховном суде Российской Федерации установлено, что:

«1. Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским делам, делам по разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам, образованным в соответствии с Федеральным конституционным законом „О судебной системе Российской Федерации“ и федеральными законами.»

Таким образом, разрешение экономических споров, находившихся ранее в компетенции ВАС РФ, теперь отошло к Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ (так называемая — «вторая кассация»).

Также указанным законом закреплена обязанность ВС РФ осуществлять надзор за деятельностью федеральных судов и давать необходимые разъяснения по вопросам судебной практики.

При этом, Федеральным законом от 28.06.2014г. № «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» установлено, что юридические значения постановлений Пленума и Президиума ВАС РФ сохраняют свою силу, а судьи ВС РФ смогут ссылаться на них в своих решениях.

Поэтому в контексте настоящей статьи положения указанных постановлений будут представляться как действующие в настоящем времени в том случае, если в установленном порядке не произошла их отмена или внесение изменений.

Кроме того, необходимые ссылки на положения КоАП РФ будут производиться в той редакции, которая имелась до упразднения ВАС РФ.

Ситуация с КС РФ. Как известно, его решения являются обязательными для исполнения на всей территории РФ для всех правоприменителей.

Но, если формально, судебные акты КС РФ не должны становиться источниками новых норм права.

А именно — КС РФ может выявить конституционно-правовое соответствие той или иной законодательной нормы, придать ей, при необходимости, иной конституционно-правовой смысл или даже отменить ее в том случае, если данная норма права не соответствует Конституции РФ.

Кроме того у КС РФ есть право на законодательную инициативу.

Но нет права на самостоятельное нормотворчество в отношении налогоплательщиков и налоговых органов, а именно:

— дополнять законодательство новыми нормами,

— вводить новые понятия, права и обязанности.

Ситуация с постановлениями Пленумов ВАС РФ и ВС РФ

Данные судебные акты обязательны для нижестоящих судов и, таким образом, имеют силу обязательного прецедента.

Более того, в соответствии с абзацем 4 пподпункта 3 пункта 4 статьей 170 АПК РФ

«В мотивировочной части решения могут содержаться ссылки на постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившие силу постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, а также на постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившие силу постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

Но при этом не являются прямым руководством к действию для других правоприменителей, в том числе — налогоплательщиков.

Однако — только формально не являются. Потому что при своих формальных правах вряд ли адеквантная компания отважится игнорировать позицию высших судебных инстанций при построении своей хозяйственной деятельности и отношений с бюджетом.

Ситуация с постановлениями президиумов ВАС РФ и ВС РФ, а также с постановлениями ФАС округов по конкретным делам.

С одной стороны — данные судебные акты при рассмотрении налоговых споров могут служить всего лишь, как бы, ориентирами, или убеждающими примерами для обеспечения единообразия судебной практики в схожих, однотипных делах в целях достижения стабильности гражданского правового оборота.

Но, с другой стороны, в соответствии со статьей 304 АПК, если вступивший в силу судебный акт нарушает «единообразие в толковании и применении арбитражными судами норм права», то он «подлежит изменению или отмене».

Таким образом, подытоживая все вышеуказанное о фактической роли высших судебных органов в принятии решений по налоговым спорам является однозначным следующий вывод — их судебные акты могут оказывать решающее влияние на исход любого налогового спора.

Это началось с начала девяностых годов судебные доктрины, не будучи закреплены законодательно, де-факто стали играть роль самостоятельных норм права.

Причем — не только равноценных законодательным нормам, но чаще и с приоритетом в отношении последних.

При этом, если в мировой практике судебные доктрины, которыми там именуются типовые методы разрешения определенных судебных споров, возникают на основе накопления и объективного обобщения судебной практики, то в реальном российском производстве всесильные судебные доктрины рождаются в противоположной последовательности.

То есть — сначала создаются, а затем применяются (см. ниже).

При этом возникает вопрос — а в достаточной ли зависимости от справедливости/несправедливости принятых решений они рождаются?

«Должная осмотрительность», «Деловая цель», «Фактическое место деятельности», «Существо над формой», «Добросовестность налогоплательщика» и другие доктрины, бушевавшие до 2006г., — таких правовых понятий нет и не было ни в гражданском, ни в налоговом кодексах.

Поэтому не были описаны в законодательстве и правила применения доктрин, что неизбежно приводило к излишним проявлениям «судейского усмотрения», достаточно характерного для российского судопроизводства (иногда необъективно называется «судебным произволом»).

Позднее, с принятием Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10. 2006г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды», было сформулировано новое понятие в налоговых отношениях — «необоснованная налоговая выгода», в котором были обобщены критерии практически всех используемых ранее доктрин.

Подробно — см. статью «Налоговое законодательство и судебная практика (Реальность и перспективы)»

Указанное постановление стало основой современной арбитражной практики в России и приобрело фактически силу закона, так как в соответствии с пунктом 2 статьи 13 Федерального конституционного закона от 28.04. 1995г. № решения Пленума ВАС РФ по вопросам его ведения обязательны для всех арбитражных судов, то есть имеют силу обязательного прецедента и, тем самым, — в системе арбитражных судов приобретают силу закона наравне с НК РФ.

Постановление Пленума ВАС РФ № 53 было, безусловно, прогрессивным в части упорядочения расплодившихся судебных доктрин, но никаким образом не уточняло взаимоотношений закона и судебной практики в данном вопросе, который может быть радикально решен, все же, только в законодательном порядке.

Но о покойниках (ВАС РФ) можно говорить или только хорошее, или никак. Тем более что само Постановление Пленума ВАС РФ от 12.10.2006г. № 53 осталось в силе.

Важно! В соответствии с ФКЗ от 04.06.2014 № «О внесении изменений в ФКЗ «Об арбитражных судах в РФ» и статью 2 ФКЗ «О верховном суде РФ» вся глава 2 указанного закона, включающая статью 13, утратила силу в связи с упразднением ВАС РФ.

Место Российского права в отношении Непрецедентной и Прецедентной правовых систем

Следует заметить, что в чистом виде не существует ни Прецедентного права, ни Непрецедентного права. И то, и другое является смешанным, но с разными приоритетами.

В обеих системах при принятии судебных решений используются как нормы права, закрепленные законодательством, так и судебные прецеденты.

Другое дело, что соотношение указанных правовых инструментов, как указывалось выше, является кардинально различным.

Но самое главное, — приритет этих инструментов в двух указанных правовых системах при вынесении судебных решений прямо противоположен, тем самым определяя главную идеологию каждой из систем.

Таким образом, как следует из указанного выше, теоретически Российское право по своей сути, правилам и методам должно находиться ближе к Непрецедентной правовой системе в той условной интерпретации и терминологии, которая используется в настоящей статье.

Это более оправдано исторически и традиционно.

Что же касается Прецедентного права, то при всей своей привлекательности в части объективности принимаемых решений, обеспечиваемой всем накопленным опытом судебного производства, оно имеет и существенные неудобства.

Первое — это отсутствие достаточно выраженной системы правовых норм.

Это относится не только к судебным прецедентам, но и к статутам, поскольку в данном случае между ними имеется нежелательная взаимозависимость.

А именно — судебные прецеденты создавались постепенно как результат судебных рассмотрений, а законы формировались на основе этой же судебной практики, в которой не обеспечивалась системность.

Прецедентное право не предусматривает разделения на отрасли, но все же имеется такое понятие, как «иституты права».

Кроме того, определенная систематизация в Прецедентном праве существует в виде официальных обзоров судебной практики.

Что — либо конкретнее сказать о месте Российского права в отношении Непрецедентной и Прецедентной правовых систем является затруднительным, так как в его существующем качестве оно находится одинаково далеко как от того, так и от другого по важнейшим принципиальным признакам и причинам, не только историческим.

Оправданность в использовании судебных прецедентов

О Прецедентном праве и Российском праве

Если сравнивать оправданность в использовании судебных прецедентов в Прецедентном праве и Российском праве, то:

О Непрецедентном праве и Российском праве

Если сравнить оправданность в использовании судебных прецедентов в непрецедентном праве и Российском праве, то:

В Российском праве — опять все наоборот.

Данная статья не ставит целью дать исчерпывающий анализ указанных трех правовых систем.

Стоит другая цель — кратко показать, что те неадеквантные решения, которые слишком часто происходят при разрешении налоговых споров в судебном производстве России, не являются случаями некомпетентности или произвола отдельных лиц, а являются следствием системы, которая в настоящее время не имеет даже тенденции к тому, чтобы накопить достаточные основания именоваться правовой системой.

Если, конечно термин «правовая система» подразумевает также и «правоту».

Важно! В этой (или иной) связи (к месту или не к месту) являются любопытными некоторые изменения законодательства в отношении Прокуратуры РФ.

А именно — в соответствии с Федеральным законом от 5 февраля 2014 г. № 16-ФЗ:

Конечно, является вполне естественным, что такие кадровые вопросы на всякий случай должны находиться под прямым личным контролем самого Президента РФ.

Спорные направления развития Российского права

По мнению некоторых специалистов, при сложившихся в настоящее время обстоятельствах пытаться увидеть какие-то наметившиеся тенденции к упорядочению Российского права на основе разумного возврата в исходную систему с учетом совремеменных реалий (или на иных основах), является бесполезным или преждевременным.

Но бесспорным и очевидным, по их же мнению, является неизбежность грядущих изменений в Российском праве глобального масштаба.

По мнению других специалистов, российское право было бы правильным навсегда отнести к смешанной системе права, но не общеизвестной и отсталой (например, латиноамериканское и скандинавское право), а достаточно индивидуальной и свойственной, может быть, только современной России.

Основой такой смешанной системы должно стать смешение норм права и прецедентов, регулируемое определенными лицами произвольно в зависимости от обстоятельств.

При этом такая оригинальная самобытность Российского права должна и впредь обеспечивать возможность неограниченного вмешательства государства в любые области общественной и личной жизни.

Отмечается также и необходимость сохранения особого типа социального статуса личности, в соответствии с которым:

— должно отсутствовать разграничение между интересами личности и государства при решении государственых вопросов. При этом под государственными вопросами имеются в виду — властные вопросы.

— в том случае, если указанное отсутствие разграничения окажется недостаточным, должен присутствовать безусловный фактический приоритет интересов власти в отношении личности и государства, к чему следует относиться как к особо охраняемому признаку в Российском праве.

Наконец, в соответствии с третьим мнением специалистов, реально озабоченных сложившейся ситуацией в Российском праве, следует, не прибегая к крайним мерам, реформировать его таким образом, чтобы положениям закона была возвращена роль главных источников права, но с учетом судебной практики в виде сложившихся прецедентов.

При этом такое учитывание должно быть всегда строго обоснованным.

Другими словами — рекомендуется взять за основу принципы Непрецедентного права с использованием лучшего, что присутствует в настоящее время в Прецедентном праве, отказавшись в интересах государства и личности от указанных выше признаков самобытности Российского права.

Как это делать — вкратце показано ниже в заключительном разделе настоящей статьи.

Заключение. Простой совет

Таким образом, в настоящее время в Российском праве функционирование механизма правового регулирования определяют не только законодательные нормы, но также и судебная практика, судебные прецеденты и юридические доктрины (с 2006 г. — в виде понятия «обоснованная/необоснованная налоговая выгода).

И такое положение не противоречит мировому опыту, по крайней мере, в отношении Прецедентного и Непрецедентного права.

Однако российское законодательство не содержит прямого признания актов судебных органов формами права, тем самым формально сохраняя догму, что нормативные правовые акты — это результат правотворчества, т.е. деятельности не судебных, а иных компетентных органов государственной власти, специально на то уполномоченных.

Указанная догматическая позиция давно перестала быть современной, поэтому имея в виду, что:

— неоднозначные взаимоотношения налогового законодательства и высших судебных органов и возникли уже более 25 лет назад,
— все это время роль судебных источников права при решении налоговых споров продолжала возрастать,
— но судебные прецеденты при этом по-прежнему остаются уязвимыми для критики,

необходимость их законодательного закрепления стала уже очевидной и неотложной.

В настоящее время в компетентных кругах сложилось устойчивое мнение, поддерживаемое также активными налогоплательщиками, что оптимальным путем влияния судебной власти на формы права может быть только ее собственное участие в правотворческом процессе строго в соответствии с Конституцией РФ.

Имея ввиду, что КС РФ и ВС РФ (с учетом передачи ему прав и обязанностей ВАС РФ) обладают правом законодательной инициативы и полномочиями вносить в Государственную Думу РФ проекты законов по предметам своего ведения, можно видеть это следующим образом.

Высшие судебные органы, выявляя недостатки в законодательстве, оформляют свои выводы соответствующим законопроектом с представлением его на рассмотрение в Государственную Думу РФ.

Таким образом все встает на свои места и опыт судебного производства естественным и законным образом вливается в процесс законотворчества.

Тем более что аналогичная практика обязательно применяется во многих странах как Прецедентного, так и Непрецедентного права.

Источник

Мир познаний
Добавить комментарий

Adblock
detector