Что такое сума в былинах

Былинные слова и выражения

Лельки, пельки и другие непонятности из русских былин

АРАВИТСКИЙ. Арабский. Да и набрал много скатняго жемчуга, / Да и больше того он набрал меди аравитские. / Котора была медь аравитская, / Никогда она не бусела и не ржавела.

БАСА. 1. Краса, красота. 2. Украшение. Это не ради басы — ради крепости.

БАСИТЬ. 1. Рядиться, наряжаться. 2. Щеголять, красоваться, выказываться молодечеством, статью, щегольскою одежею. 3. Занимать в беседе других, краснобаить, потешать россказнями. Щапить-басить да им по три года, / На кажный день да платья сменные.

БАЯТЬ. Рассказывать басни, вымыслы; говорить, болтать. Буйны ветрушки там на меня не веяли, / Добры б людушки там про меня не баяли.

БОГОРЯЖЕНАЯ, БОГОСУЖЕНАЯ. Невеста. Я бы знаю бы себе да богосужену. богоряжену. Богосуженый. Жених. Видно, тут мне буде богосуженой.

БОЖАТУШКА. Крестная мать. Да не Дюкова здесь а есть я матушка, / А Дюкова здесь а есть я божатушка.

БРАТЫНЯ. Большой металлический или деревянный сосуд, обычно с носиком, для пива или браги. Наливали братыню зелена вина.

БРАТЧИНА. Спиртной напиток из меда. Братчину пить бы медовую.

БУРЗОМЕЦКИЙ. Языческий (про копье, меч). Да не было у Добрыни платья цветнаго, / Да не было меча да бурзомецкаго.

БЫЛИЦА. Действительный случай, правда. А ной хвастал как былицею, / А ной фастал у вас да небылицею.

ВЕЖЕСТВО. Ведение, родовое знание, соблюдение закона предков, норм, принятых в коллективе; позднее — вежливость, умение воздать честь, показать вежливое (культурное) обхождение, воспитанность. Я бы рада тебя, дитятко, спородити​. / Красотой бы я в Осипа Прекрасного, / Я походкою бы тебя щепливою / Во того Чурилу во Пленковича, / Я бы вежеством в Добрынюшку Никитича.

ВЕДОМ. Известие, сообщение, приглашение. Посылала она ведом королю да Политовскому, / Что наехал бы король да Политовский.

ВИНО ЗЕЛЕНО. Вероятно, самогон, настоянный на травах. Выпивает зелена вина.

ВРАСТОПАШЕЧКУ. Нараспашку. Выставал Илья да на резвы ноги, / Надевал халат врастопашечку.

ВЫТЬ (СЫТЬ). 1. Количество пищи, которое человек может съесть в один прием, на завтрак, обед или ужин. Он по кулю да хлеба к выти ест. 2. Еда, пища. Ах ты, волчья сыть, медвежья выть!

ВЫХЕРИВАТЬ. Перечеркивать накрест написанное. Приезжал к тому серу камешку, / Старую подпись выхеривал, / Новую подпись написывал.

ВЯЗ. Дубина. Хватал Василий свой червленый вяз.

ГРАЯТЬ. Издавать громкие беспорядочные крики, каркать (о воронах, грачах, галках). Ай грае ворон ведь да по-враниному.

ГРИДНЯ. 1. Помещение, где князь и дружина устраивали приемы и торжественные церемонии. 2. Верхние покои знатных лиц. Отправлялись же ко ласковому князю ко Владимиру, / Да во гридни шли они да во столовые.

ГРЯДКА. Доска, перекладина, куда складывали или вешали одежду. Однорядочку снял да клал на грядочку, / А зелн сафьян сапожки клал под лавочку.

ГУЗНО. Седалищная часть тела. Не выслуга будёт богатырская лёжать-де под гузном нынь под бабьи тим.

ДОЛЮБИ. Досыта, до полного удовлетворения. Ели они досыти, пили долюби.

ДОСЮЛЕШНИЙ. Прежний, старинный, давнишний. Получайте-тко вы дани себе выходы / И за старые за года, и за нынешний, / Да и за вси вы за времена да й за досюлешни.

ДОСЮЛЬ. В прошлом, в прежние времена. У моего досюль у батюшка‑родителя / Было коровищо‑обжорищо.

ДРОВА. Подарки. А этыи дрова князю полюбилисе.

ЁБРЮШИТЬСЯ. Обрушиться, упасть, рухнуть. У старого ноньце конь, право, ёбрюшилса.

ЖЕРСТВОВАТЬ. Говорить, вещать. Жерствуе конь языком человечьиим.

ЖИЖЛЕЦ. Ящерица. Закричал Илья да громким голосом. / У богатыря конь-от на колени пал, / Выскочил спод стрмена багров жижлец. / Поди, жижлец, да на свою волю, / Лови, жижлец, да осетр-рыбу.

ЖУКОВИНЬЕ. Перстень с камнем, печаткой или с резной вставкой. Перецки тоненьки все по-женскому, / Где жуковинья ты были, да то место знать.

ЗАКЛЁКНУТЬСЯ. Подавиться, задохнуться при питье какой-либо жидкости. Хоте буде глонешь, заклёкнуться ти будёт.

ЗАПУРХИВАТЬ. Высоко залетать или заскакивать. Да ах же ты, Васильюшко Буслаевич! / Малолетно ты дитя, не запурхивай.

ЗАСЕЛЬЩИНА. Ирон., бран. Сельский житель, то же, что деревенщина. За смерд-от сидит да за засельщина.

ЗНАМЕЧКО. Метка, знак. — И ой же, Добрынина матушка! / Каке у Добрыни было знамечко? / — Знамечко было на головушки. / Ущупала ёна знамечко.

ЗНДЁБКА. Родимое пятно, родинка. А у моёго у милаго у дитятка / Была-то ведь зндёбка родимная, / А был-то на головке рубечёк-то есть.

ЗУБ РЫБИЙ. Обычно моржовый клык, также название резной кости и перламутра. В избушке не проста кровать, а слоновых костей, / Слоновых костей, зубья рыбьего.

ИГРАШКИ. Песни или мелодии. Мой муж прежде таки играшки играл.

КАЛИКА. 1. Паломник, странник. 2. Нищий странник, поющий духовные стихи, находящийся под покровительством церкви и причисленный к числу людей церковных. Свое название странники получили от греческого слова «ка́лиги» — это название обуви из кожи, затягивавшейся ремнем, которую они носили. Как приходит калика перехожая.

КОСЬ-ГЛАВА. Череп. Говорит кось-глава человеческа.

КОШКА. 1. Песчаная или каменистая отмель. 2. Низменный морской берег у подножия горы. Отросла бы-де кошка да нынь морска ле тут.

КРЯКНОВИСТЫЙ. Кряжистый, крепкий (о дубе). А ён как рвал сыря дуб да крякновистый.

КУЛЬ. Старая торговая мера сыпучих тел (около девяти пудов). Он по кулю да хлеба к выти ест. / По ведру вина да он на раз-то пьет.

КУПАВЫЙ. Красивый, пригожий. Ходил де гулял ужо купав молодец.

ЛЕЛЬКИ. Груди. Он правою рукою ю по лелькам бил, / А левою ногою ю под гузно пихнул.

МЕЖЕНЬ. Cередина лета, жаркое время; летний долгий день. Не во времечко белы снежки выпали, / Они выпали межень лета теплого.

МОСТ. Деревянный пол в избе. А й садился он на лавочку брусовую, / Утопил он очи во дубовый мост.

МУГАЗЕННЫЙ (МУГАЗЕЯ). Магазин. Да привела его в амбары мугазенные, / Где-ка складены товары заморские.

НАКУРИТЬ. Добыть, приготовить в каком-л. количестве путем перегонки (курения). А ён пива накурил да гостей назвал.

НЕКЛАДЕНЫЙ. Некастрированный (о домашних животных). Тридевять кобылиц есть неезжаныих, / Тридевять жеребчиков некладеныих.

ОБЛАТЫНИТЬ. Опоганить, осквернить; обратить в католичество. Православную веру облатынить всю.

ОБЫДЁННАЯ ЦЕРКОВЬ. Здание церкви, построенное по обету за один день. Я построю те церковь обыдённую.

ОНОГДЫ. Недавно; позавчера, третьего дня. Оногда ночёвали, так знаем мы, / А ёна как звал его во спальню княженецкую.

ПАБЕДЬЕ. Время еды между завтраком и обедом. Он по другой день ездил с утра до пабедья.

ПАГУБА. Гибель. На старость мне — душа пагуба.

ПЕЛЬКИ. Грудь. А я вижу-то по пелькам, что ты женской полк.

ПЕРЕЩАПИТЬ. Взять верх над кем-либо, превзойти кого-либо. Перещапил он Чурила сына Плёнковича.

ПЕРЬКИ. Женские груди. Хочет пластать груди белыя, / А видит по перькам, что женский пол.

ПОКЛЯПЫЙ. Наклонившийся; кривой, изогнутый. А сидит Словей-то он да на семи дубах, / Это в восьмыи березищи покляпыи.

ПОЛЕНИЦА УДАЛАЯ. Богатырь. Были двенадцать людей — полениц приудалыих.

ПОЩАПКА. Щегольство. Да сидит тут Дюк да Степанович, / Он похвастал своей пощапкой молодецкой.

ПРИЗНАШКА. Примета, отличительный признак, по которому можно узнать кого-, что-л. Одну кисточку повесил золоченую, / Не для ради красы, басы, угожества, / Для ради признашки богатырскоей.

РОСТАНЬ (РОССТАНЬ). Место, где расходятся дороги; перекресток, развилка дорог. Приежжат молодец к ростаням широкиим.

РУШАТЬ. 1. Делить, кроить, резать (о пище). Рушать хлеб, пирог или жаркое. Он не ест, не пьет, не кушает, / Его белою лебедушки не рушает. 2. Нарушать. А не рушайте вы заповеди великой.

СКИМЕР (СКИМЕРЗВЕРЬ, СКИМОНЗВЕРЬ). Эпитет чудовища, сильной, злой собаки, волка. И впреди бежит-то собачка, лютой скимер-зверь.

СЛЕТНЫЙ. Южный. Незаложены ворота в слетну сторону.

ТРУНЬ (ТРУН, ТРУНЬЁ). Тряпка, отрепья, лохмотья, ветошь, обноски. А гуня на калике сорочинская, / А трунь на калике трипетова.

ТЬМА. Десять тысяч. У кажнаго короля да королевича / Силы по три тьмы, по три тысячи.

УГОЖЕСТВО. Красота. Красотой ведь да всем угожеством / Как не хуже Добрынюшки Микитица.

УПЕЧЕНКА. Место на зное, сильном тепле. Да садился Добрыня на упечинку, / Начал во гусли наигрывати.

ХОБОТЫ. Трубчатые рыла мифических чудищ, напоминающие щупальца; выбрасываются для захвата противника. А овваживать стала хоботы змеиныя. Он и хобот-то мечёт да по-змеиному.

ЧОБОТЫ. Вместо: чеботы. Сапоги. В одных беленьких чулочках и без чобота.

ШАЛЫГА. Дубина, палка, кнут, плетка. Сразу ребята взяли дорожные шалыги и вышли.

ШИРИНКА, ШИРИНОЧКА. 1. Полотенце. Вышиват она разны шириночки. 2. Шеренга, ряд. Становились они в одну шириночку.

ЩАП. Щеголь, франт, нарядный и причесанный напоказ. А нету-то да ведь смелостью / Противо смелаго Алешеньки Поповича, / Поступкою, походкою, пощапкою / Противо-то Чурилки щапа Плёнкова.

ЯГОДИЦА. Щека. А отсекли у ей [щуки] да праву ягодицу.

ЯСАК. Знак для тревоги; сигнал вообще; условный, не всякому понятный или вообще чужой язык. Заржал [бурушко] лошадиныим тут саком.

Источник

Святогор

220px Ivan Bilibin 022

magnify clip

Святого́р — богатырь русского былинного эпоса, стоящий вне киевского и новгородского циклов и лишь отчасти соприкасающийся с первым в былинах о встрече Святогора с Ильёй Муромцем.

Содержание

Святогор в эпосе

Святогор в эпосе является огромным великаном, «выше леса стоячего, ниже облака ходячего»; его с трудом носит мать-сыра земля. Он не ездит на святую Русь, а живёт на высоких Святых горах; при его поездке мать-сыра земля потрясается, леса колышутся и реки выливаются из берегов.

Третий эпизод — женитьба Святогора; он спрашивает у Микулы, как бы узнать судьбу. Микула посылает его к Северным горам, к вещему кузнецу. На вопрос Святогора о будущем, тот предсказал ему женитьбу на невесте, живущей в приморском царстве 30 лет на гноище. Святогор поехал туда и, найдя больную на гноище, положил около неё 500 рублей, ударил её в грудь мечом и уехал. Девушка пробудилась; кора, покрывавшая её, сошла; она превратилась в красавицу, и богатырь, услыхав о её красоте, приехал и женился на ней. После свадьбы Святогор увидел на её груди шрам, узнал в чём дело и понял, что от судьбы не уйдешь.

Разбор преданий

220px %D0%A1%D0%B2%D1%8F%D1%82%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%80

magnify clip

Изучение этих трёх преданий привёл исследователей к следующим заключениям:

Возможен также вариант толкования как превозношение труда землепашца.

Также, имя Святогор можно считать за эпитет, создавшийся по его месту жительства — Святым горам.

Источник

БЫЛИНА

БЫЛИНА – фольклорная эпическая песня, жанр, характерный для русской традиции. Основой сюжета былины является какое-либо героическое событие, либо примечательный эпизод русской истории (отсюда народное название былины – «старина», «старинушка», подразумевающее, что действие, о котором идет речь, имело место в прошлом). Термин «былина» в научный обиход был введен в 40-х годах 19 в. фольклористом И.П.Сахаровым (1807–1863).

Средства художественной выразительности.

В течение многих столетий выработались своеобразные приемы, характерные для поэтики былины, а также способ их исполнения. В древности, как полагают, сказители подыгрывали себе на гуслях, позже былины исполнялись речитативом. Для былин характерен особый чисто-тонический былинный стих (в основе которого лежит соизмеримость строк по количеству ударений, чем и достигается ритмическое единообразие). Хотя сказители использовали при исполнении былин всего несколько мелодий, они обогащали пение разнообразием интонаций, а также меняли тембр голоса.

Подчеркнуто торжественный стиль изложения былины, повествующей о событиях героических, а зачастую и трагических, определил необходимость замедления действия (ретардация). Для этого используется такой прием, как повторение, причем повторяются не только отдельные слова: …ета коса, коса, …из далече-далече, дивным дивно (повторения тавтологические), но и нагнетение синонимов: биться-ратиться, дани-пошлины, (повторения синомимические), зачастую окончание одной строки является началом другой: А приехали они да на святую Русь, / На святую Русь да и под Киев град…, нередки троекратные повторения целых эпизодов, идущие с усилением эффекта, а некоторые описания предельно детализированы. Характерно для былины и наличие «общих мест», при описании однотипных ситуаций используются определенные формульные выражения: таким образом (при том предельно детализировано) изображается седлание коня: Ай выходит Добрыня на широкий двор, / Он уздае-седлае коня доброго, / Налагает ведь он уздицу тесмяную, / Налагает ведь он потнички на потнички, / Налагает ведь он войлоки на войлоки, / На верёх-то он седелышко черкасское. / А и крепко он подпруги подтягивал, / А и подпруги шолку заморского, / А й заморского шолку шолпанского, / Пряжки славныя меди бы с казанския, / Шпенечки-то булат-железа сибирского, / Не красы-басы, братцы, молодецкия, / А для укрепушки-то было богатырскии. К «общим местам» относятся также описание пира (по большей части, у князя Владимира), пира, богатырская поездка на борзом коне. Подобные устойчивые формулы народный сказитель мог комбинировать по собственному желанию.

1010907 O275

Для языка былин характерны гиперболы, при помощи которых сказитель подчеркивает черты характера или наружности персонажей, достойные особого упоминания. Определяет отношение слушателя к былине и другой прием – эпитет (могучий, святорусский, славный богатырь и поганый, злой враг), причем часто встречаются устойчивые эпитеты (буйна голова, кровь горячая, ноги резвые, слезы горючие). Сходную роль выполняют и суффиксы: все, что касается богатырей, упоминалось в формах уменьшительно-ласкательных (шапочка, головушка, думушка, Алешенька, Васенька Буслаевич, Добрынюшка и т.д.), зато отрицательные персонажи именовались Угрюмищем, Игнатьищем, царищем Батуищем, Угарищем поганым. Немалое место занимают ассонансы (повторение гласных звуков) и аллитерация (повторение согласных звуков), дополнительные организующие элементы стиха.

Былины, как правило, трехчастны: запев (обычно не связанный напрямую с содержанием), функция которого состоит в подготовке к прослушиванию песни; зачин (в его пределах разворачивается действие); концовка.

Следует отметить, что те или иные художественные приемы, использованные в былине, определяются ее тематикой (так, для богатырских былин характерна антитеза).

Взгляд сказителя никогда не обращается к прошлому или будущему, но следует за героем от события к событию, хотя расстояние между ними может варьироваться от нескольких дней до нескольких лет.

Сюжеты былин.

Количество былинных сюжетов, несмотря на множество записанных вариантов одной и той же былины, весьма ограничено: их около 100. Выделяют былины, в основе которых сватовство или борьба героя за жену (Садко, Михайло Потык, Иван Годинович, Дунай, Козарин, Соловей Будимирович и более поздние – Алеша Попович и Елена Петровична, Хотен Блудович); борьба с чудовищами (Добрыня и змей, Алеша и Тугарин, Илья и Идолище, Илья и Соловей-разбойник); борьба с иноземными захватчиками, в том числе: отражение татарских набегов (Ссора Ильи с Владимиром, Илья и Калин, Добрыня и Василий Каземирович), войны с литовцами (Былина о наезде литовцев).

Особняком стоят сатирические былины или былины-пародии (Дюк Степанович, Состязание с Чурилой).

Основные былинные герои.

Представители русской «мифологической школы» делили героев былин на «старших» и «младших» богатырей. По их мнению, «старшие» (Святогор, Дунай, Волх, Потыка) являлись олицетворением стихийных сил, былины о них своеобразно отражали мифологические воззрения, бытовавшие в Древней Руси. «Младшие» богатыри (Илья Муромец, Алеша Попович, Добрыня Никитич) – обыкновенные смертные, герои новой исторической эпохи, а потому в минимальной степени наделены мифологическими чертами. Несмотря на то, что против подобной классификации впоследствии были выдвинуты серьезные возражения, подобное деление до сих пор встречается в научной литературе.

Образы богатырей – народный эталон мужества, справедливости, патриотизма и силы (недаром один из первых русских самолетов, обладавший исключительной по тем временам грузоподъемностью, был назван создателями «Илья Муромец»).

Святогор

относится к древнейшим и популярнейшим былинным героям. Само его имя указывает на связь с природой. Он велик ростом и могуч, с трудом носит его земля. Этот образ родился еще в докиевскую эпоху, но впоследствии претерпел изменения. До нас дошли только два сюжета, изначально связанные со Святогором (остальные возникли позднее и носят фрагментарный характер): сюжет о находке Святогором сумы переметной, принадлежавшей, как уточняется в некоторых вариантах, другому былинному богатырю, Микуле Селяниновичу. Сума оказывается столь тяжела, что богатырь не может ее поднять, надрывается и, погибая, узнает – в этой суме находится «вся земная тягота». Второй сюжет повествует о смерти Святогора, который встречает по дороге гроб с надписью: «Кому суждено в гробу лежать, тот в него и ляжет», и решает испытать судьбу. Едва Святогор ложится, крышка гроба сама наскакивает и богатырь не может ее сдвинуть. Перед смертью Святогор передает Илье Муромцу свою силу, таким образом герой древности передает эстафету выступающему на первый план новому герою эпоса.

Илья Муромец,

несомненно, самый популярный герой былин, могучий богатырь. Эпос не знает его молодым, он – старик с седой бородой. Как ни странно, Илья Муромец появился позже своих былинных младших товарищей Добрыни Никитича и Алеши Поповича. Родина его – город Муром, село Карачарово.

Крестьянский сын, больной Илья «сидел сиднем на печи 30 лет и три года». Однажды в дом пришли странники, «калики перехожие». Они исцелили Илью, наделив его богатырской силой. Отныне он – герой, которому предначертано служить городу Киеву и князю Владимиру. На пути в Киев Илья побеждает Соловья-разбойника, кладет его в «тороки» и везет к княжескому двору. Из других подвигов Ильи стоит упомянуть его победу над Идолищем, осадившим Киев и запретившим нищенствовать и поминать божье имя. Здесь Илья выступает как защитник веры.

Добрыня Никитич

– популярный герой былин киевского цикла. Этот герой-змееборец родился в Рязани. Он самый вежливый и воспитанный из русских богатырей, недаром именно Добрыня всегда выступает послом и переговорщиком в сложных ситуациях. Основные былины, связанные с именем Добрыни: Добрыня и змей, Добрыня и Василий Каземирович, Бой Добрыни с Дунаем, Добрыня и Маринка, Добрыня и Алеша.

Алеша Попович

– родом из Ростова, он сын соборного попа, самый молодой из знаменитой троицы богатырей. Он смел, хитер, легкомыслен, склонен к веселью и шутке. Ученые, принадлежавшие к исторической школе, полагали, что этот былинный герой ведет свое происхождение от Александра Поповича, погибшего в битве при Калке, однако, Д.С.Лихачев показал, что в действительности имел место обратный процесс, имя вымышленного героя проникло в летопись. Наиболее известный подвиг Алеши Поповича – победа его над Тугарином Змеевичем. Богатырь Алеша не всегда ведет себя достойным образом, частенько он заносчив, хвастлив. Среди былин о нем – Алеша Попович и Тугарин, Алеша Попович и сестра Петровичей.

Садко

также является одним из древнейших героев, кроме того, он, пожалуй, самый знаменитый герой былин новгородского цикла. Древний сюжет о Садко, где рассказывается, как герой сватается к дочери морского царя, впоследствии усложнился, появились удивительно реалистические детали, касающиеся жизни древнего Новгорода.

Былина о Садко членится на три относительно самостоятельные части. В первой гусляр Садко, поразивший мастерством своей игры морского царя, получает от него совет, как разбогатеть. С этого момента Садко уже не бедный музыкант, но купец, богатый гость. В следующей песне Садко бьется об заклад с новгородскими купцами, что сможет купить все товары Новгорода. В некоторых вариантах былины Садко выигрывает, в некоторых, напротив, терпит поражение, но в любом случае покидает город из-за нетерпимого отношения к нему купцов. В последней песне рассказывается о путешествии Садко по морю, во время которого морской царь призывает его к себе, чтобы женить на своей дочери и оставить в подводном царстве. Но Садко, отказавшись от красавиц-царевен, женится на Чернавушке-русалке, которая олицетворяет новгородскую реку, она и выносит его на родные берега. Садко возвращается к своей «земной жене», оставив дочь морского царя. В.Я.Пропп указывает, что былина о Садко – единственная в русском эпосе, где герой отправляется в потусторонний мир (подводное царство) и женится на потустороннем существе. Эти два мотива свидетельствуют о древности как сюжета, так и героя.

Василий Буслаев.

Известны две былины об этом неукротимом и буйном гражданине Великого Новгорода. В бунте своем против всех и вся он не преследует никакой цели, кроме желания побуйствовать и покуражиться. Сын новгородской вдовы, зажиточный горожанин, Василий с малолетства проявил свой необузданный нрав в драках со сверстниками. Выросши, он собрал дружину, чтобы потягаться силами со всем Великим Новгородом. Бой кончается полной победой Василия. Вторая былина посвящена гибели Василия Буслаева. Поехав с дружиной в Иерусалим, Василий насмехается над встреченной им мертвой головой, несмотря на запрет, купается голым в Иерихоне и пренебрегает требованием, начертанном на найденном им камне (нельзя перепрыгивать камень вдоль). Василий, в силу неукротимости своей натуры, начинает прыгать и скакать через него, зацепляется ногой за камень и разбивает голову. Этот персонаж, в котором воплощены необузданные страсти русской натуры, был любимым героем М.Горького. Писатель тщательно копил материалы о нем, лелея мысль написать о Ваське Буслаеве, однако узнав, что пьесу об этом герое пишет А.В.Амфитеатров, отдал все накопленные материалы собрату по перу. Эта пьеса эта считается одним из лучших произведений А.В.Амфитеатрова.

Исторические этапы развития былины.

Исследователи расходятся во мнении, когда на Руси появились эпические песни. Одни относят их возникновение к 9–11 вв., другие – к 11–13 вв. Несомненно одно – просуществовав столь долго, передававшиеся из уст в уста, былины не дошли до нас в своем первоначальном виде, они претерпели множество изменений, поскольку менялся и государственный строй, и внутри- и внешнеполитическая обстановка, мировоззрение слушателей и исполнителей. Практически невозможно сказать, в каком веке создана та или иная былина, некоторые отражают более ранний, некоторые – более поздний этап развития русского эпоса, а в иных былинах исследователи различают под позднейшими наслоениями весьма древние сюжеты.

В.Я.Пропп полагал, что древнейшими являются сюжеты, связанные со сватовством героя и со змееборством. Для подобных былин характерны элементы, значимые и для волшебной сказки, в частности: утроение сюжетных слагаемых (Илья у распутья наезжает на камень с надписью, предвещающей ту или иную судьбу, и последовательно избирает каждую из трех дорог), запрет и нарушение запрета (Добрыне запрещено купаться в Пучай-реке), а также наличие древних мифологических элементов (Волх, родившийся от отца-змея, обладает даром перевоплощения в животных, Тугарин Змеевич в разных вариантах былины предстает то змеем, то змеем, наделенным антропоморфными чертами, то существом природы то ли человеческой, то ли змеиной; так же и Соловей-разбойник оказывается то ли птицей, то ли человеком, а то и соединяет в себе те и другие черты).

Наибольшее количество дошедших до нас былин относится к периоду с 11 по 13–14 вв. Они создавались в южнорусских областях – Киевской, Черниговской, Галицко-Волынской, Ростово-Суздальской. Наиболее актуальной в этот период становится тема борьбы русского народа с кочевниками, совершавшими набеги на Киевскую Русь, а позднее с ордынскими захватчиками. Былины начинают группироваться вокруг сюжета защиты и освобождения Родины, ярко окрашены патриотическими чувствами. Народная память сохранила только одно наименование для врага-кочевника – татарин, но исследователи находят среди имен героев былин имена не только татарских, но и половецких военачальников. В былинах заметно стремление поднять народный дух, выразить любовь к родной стране и яростную ненависть к иноземным захватчикам, восхваляются подвиги могучих и непобедимых народных героев-богатырей. В это время становятся популярными образы Ильи Муромца, Дунай-свата, Алеши Поповича, Добрыни Никитича, Василия Каземировича, Михайло Даниловича и многих других героев.

С образованием Московского государства, начиная с 16 в., героические былины постепенно отходят на второй план, более актуальными становятся скоморошины (Вавила и скоморохи, Птицы) и сатирические былины с их острыми социальными конфликтами. В них описываются подвиги богатырей в мирной жизни, главные герои противостоят князьям и боярам, а задача их сводится к защите собственной семьи и чести (Сухман, Данило Ловчанин), при этом в скоморошьих былинах высмеиваются господствующие слои общества. Одновременно возникает и новый жанр – исторические песни, где повествуется о конкретных исторических событиях, происходивших с 13 по 19 вв., здесь отсутствуют вымысел и преувеличение, характерные для былин, а в сражениях героями могут выступать сразу несколько человек или целое войско.

В 17 в. былины постепенно начинает вытеснять переводной рыцарский роман, адаптированный для русской аудитории, между тем они остаются популярным народным развлечением. Тогда же появляются первые письменные пересказы былинных текстов.

Историческая действительность и художественный вымысел в былинах.

Соотношение между действительностью и вымыслом в былинах отнюдь не прямолинейно, наряду с явными фантазиями присутствует отражение жизни Древней Руси. За многими былинными эпизодами угадываются реальные социальные и бытовые отношения, многочисленные военные и общественные конфликты, имевшие место в древности. Примечателен и тот факт, что в былинах с удивительной точностью переданы определенные детали быта, а зачастую поразительно верно описана местность, где разворачивается действие. Также небезынтересно, что даже имена некоторых былинных персонажей зафиксированы в летописях, где о них повествуется, как о реально существовавших личностях.

Тем не менее народные сказители, воспевавшие подвиги княжеской дружины, в отличие от летописцев, не следовали буквально хронологическому ходу событий, напротив, народная память бережно сохранила лишь самые яркие и примечательные исторические эпизоды, безотносительно к их расположению на временной шкале. Тесная связь с окружающей действительностью обусловила развитие и изменение строя и сюжетов былин, соответственно ходу истории Русского государства. Притом сам жанр существовал до середины XX в., разумеется, претерпевая многообразные изменения.

Циклизация былин.

Хотя в силу особых исторических условий на Руси так и не оформился цельный эпос, разрозненные эпические песни складываются в циклы либо вокруг какого-либо героя, либо по общности местности, где они бытовали. Классификации былин, которая была бы единодушно принята всеми исследователями, не существует, тем не менее, принято выделять былины киевского, или «владимирова», новгородского и московского циклов. Помимо них существуют былины, не вписывающиеся ни в какие циклы.

Киевский или «владимиров» цикл.

В этих былинах богатыри собираются вокруг двора князя Владимира. Сам князь не совершает подвигов, однако, Киев – центр, который влечет героев, призванных защитить от врагов родину и веру. В.Я.Пропп полагает, что песни киевского цикла – явление не местное, характерное только для киевской области, напротив – былины этого цикла создавались по всей киевской Руси. С течением времени образ Владимира менялся, князь приобретал черты, изначально несвойственные для легендарного правителя, во многих былинах он труслив, подл, зачастую намеренно унижает героев (Алеша Попович и Тугарин, Илья и Идолище, Ссора Ильи с Владимиром).

Новгородский цикл.

Былины резко отличаются от былин «владимирова» цикла, что неудивительно, поскольку Новгород никогда не знал татарского нашествия, а был крупнейшим торговым центром древней Руси. Герои новгородских былин (Садко, Василий Буслаев) также сильно отличаются от других.

Московский цикл.

В этих былинах отразился быт высших слоев московского общества. В былинах о Хотене Блудовиче, Дюке и Чуриле содержится множество деталей, характерных для эпохи подъема Московского государства: описаны одежда, нравы и поведение горожан.

Собирание и публикация русских былин.

Первая запись русских эпических песен сделана в начале 17 в. англичанином Ричардом Джеймсом. Однако первый значительный труд по собиранию былин, имевший огромное научное значение, был проделан казаком Киршей Даниловым примерно в 40–60 18 в. Собранный им сборник состоял из 70 песен. Впервые записи в неполном виде были опубликованы только в 1804 в Москве, под названием Древние Российские Стихотворения и долгое время являлись единственным собранием русских эпических песен.

Следующий шаг в изучении русских эпических песен сделал П.Н.Рыбников (1831–1885). Он обнаружил, что в Олонецкой губернии былины все еще исполняются, хотя к тому моменту этот фольклорный жанр считался мертвым. Благодаря открытию П.Н.Рыбникова представилась возможность не только глубже изучить былинный эпос, но и познакомиться со способом его исполнения и с самими исполнителями. Итоговый свод былин был опубликован в 1861–1867 под заглавием Песни, собранные П.Н.Рыбниковым. Четыре тома содержали 165 былин (для сравнения упомянем, что в Сборнике Кирши Данилова их было всего 24).

Далее последовали сборники А.Ф.Гильфердинга (1831–1872), П.В.Киреевского (1808–1856), Н.Е.Ончукова (1872–1942) и др., материал для которых собран, по преимуществу, в Сибири, в Среднем и Нижнем Поволжье, на Дону, Тереке и Урале (в Центральных и Южных районах былинный эпос сохранился в весьма незначительных размерах). Последние записи былин сделаны в 20–30 20 в. советскими экспедициями, путешествовавшими по северу России, а с 50-х 20 в. былинный эпос практически перестает существовать в живом исполнении, сохраняясь лишь в книгах.

Русская и советская фольклористика.

Впервые осмыслить русский эпос как цельное художественное явление и понять его взаимосвязь с ходом русской истории попытался К.Ф.Калайдович (1792–1832) в предисловии к предпринятому им второму изданию сборника Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым (1818).

По мнению представителей «мифологической школы», к которой принадлежали Ф.И.Буслаев (1818–1897), А.Н.Афанасьев (1826–1871), О.Ф.Миллер (1833–1889), эпические песни были не более чем производными от более древних мифов. Основываясь на этих песнях, представители школы пытались реконструировать мифы первобытных народов.

Ученые-«компаративисты», среди которых – Г.Н.Потанин (1835–1920) и А.Н.Веселовский (1838–1906), считали эпос явлением внеисторическим. Они утверждали, что сюжет после своего зарождения начинает странствовать, видоизменяясь и обогащаясь.

Представитель «исторической школы» В.Ф.Миллер (1848–1913) изучал взаимодействие между эпосом и историей. По его мнению, в эпосе регистрировались исторические события, и, таким образом, эпос является своего рода устной летописью.

Особое место в русской и советской фольклористике занимает В.Я.Пропп (1895–1970). В своих новаторских работах он сочетал подход исторический с подходом структурным (западные структуралисты, в частности К.Леви-Строс (р. 1909), называли его родоначальником их научного метода, против чего В.Я.Пропп резко возражал).

Былинные сюжеты и герои в искусстве и литературе.

Уже с момента публикации сборника Кирши Данилова былинные сюжеты и герои прочно входят в мир современной русской культуры. Следы знакомства с русскими былинами нетрудно увидеть и в поэме А.С.Пушкина Руслан и Людмила и в стихотворных балладах А.К.Толстого.

Многогранное отражение получили образы русских былин и в музыке. Композитор А.П.Бородин (1833–1887) создал оперу-фарс Богатыри (1867), а своей 2-й симфонии (1876) дал название Богатырская, использовал он образы богатырского эпоса и в своих романсах.

Соратник А.П.Бородина по «могучей кучке» (объединению композиторов и музыкальных критиков) Н.А.Римский-Корсаков (1844–1908) дважды обращался к образу новгородского «богатого гостя». Сначала он создал симфоническую музыкальную картину Садко (1867), а позднее, в 1896, одноименную оперу. Стоит упомянуть, что театральную постановку этой оперы в 1914 оформлял художник И.Я.Билибин (1876–1942).

В.М.Васнецов (1848–1926), в основном известен публике по картинам, сюжеты для которых взяты из русского героического эпоса, достаточно назвать полотна Витязь на распутье (1882) и Богатыри (1898).

К былинным сюжетам обращался и М.А.Врубель (1856–1910). Декоративные панно Микула Селянинович (1896) и Богатырь (1898) по-своему трактуют эти, казалось бы, хорошо знакомые образы.

Герои и сюжеты былин являются драгоценным материалом для кинематографа. Например, фильм режиссера А.Л.Птушко (1900–1973) Садко (1952), оригинальную музыку для которого написал композитор В.Я.Шебалин, отчасти использовав в музыкальном оформлении классическую музыку Н.А.Римского-Корсакова, был одним из самых зрелищных фильмов своего времени. А другой фильм того же режиссера Илья Муромец (1956) стал первым советским широкоэкранным фильмом со стереофоническим звуком. Режиссер-мультипликатор В.В.Курчевский (1928–1997) создал мультипликационную версию самой популярной русской былины, его работа называется Садко богатый (1975).

Былины Севера. Записи А.М.Астаховой. М. – Л., 1938–1951, тт. 1–2
Ухов П.Д. Былины. М., 1957
Пропп В.Я., Путилов Б.Н. Былины. М., 1958, тт. 1–2
Астахова А.М. Былины. Итоги и проблемы изучения. М. – Л., 1966
Ухов П.Д. Атрибуция русских былин. М., 1970
Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым. М., 1977
Азбелев С.Н. Историзм былин и специфика фольклора. Л., 1982
Астафьева Л.А. Сюжет и стиль русских былин. М., 1993
Пропп В.Я. Русский героический эпос. М., 1999

Источник

Мир познаний
Добавить комментарий

Adblock
detector